Роман-воспитание, вобравший в себя жизнь европейского общества начало двадцатого века. Книга не так легко читается как «Будденброки». Отсутствие сюжета и множество рассуждений усложняют восприятие. Писатель предлагает читателю подумать на самые разные темы – вопросы культуры, религии, политического устройства, отношение ко времени и смерти. Если искать сравнение, мне приходит на ум кухня. Представьте, что вам дали сотни ингредиентов и множество рецептов. Из них вы можете приготовить карри, солянку, слоеный пирог, торт «наполеон», мясо по-французски или что-то другое. Вы можете придерживаться точной рецептуры, а можете импровизировать. Так и этот роман. Томас Манн дает множество точек зрения, мировоззрений, а читатель выбирает, что принять, а что отринуть, а может, и все забраковать.
«Волшебная гора» — туберкулезный санаторий в Швейцарских Альпах. Его обитатели вынуждены находиться здесь годами, общаясь с внешним миром лишь редкими письмами и телеграммами. Здесь время течет незаметно, жизнь и смерть утрачивают смысл, а мельчайшие нюансы человеческих отношений, напротив, приобретают болезненную остроту и значимость. Любовь, дружба, вражда, ревность для обитателей санатория словно отмечены тенью небытия… Эта история имеет множество возможных прочтений – мощнейшее философское исследование жизненных основ, тонкий психологический анализ разных типов человеческого характера, отношений, погружение в историю культуры, религии и в историю вообще — Манн изобразил общество в канун Первой мировой войны.
Герой Ганс Касторп приезжает на неделю навестить двоюродного брата в туберкулезный санаторий, но вынужден остаться в нем на долгие семь лет. Санаторий стал своеобразной ловушкой. С одной стороны – здоровье Ганса требует этой передышки и целительного сухого воздуха Альп. С другой – он служит надежной защитой от тревог и хлопот настоящей жизни. Так легко жить в подвешенном состоянии, ничем особо не занимаясь и ни к чему не стремясь, и оправдывая все болезнью.
Ганс Касторп – тип героя-простака. Он недавно закончил колледж, готовиться вступить во взрослую жизнь, став инженером на судостроительной верфи. Со смертью Ганс знаком лучше, чем с жизнью. Потеряв в юном возрасте родителей, а затем воспитавшего его дедушку, он относится к смерти, как к привычному явлению. Это неизбежно и любопытно. Санаторий – лучшее место для углубления познаний в смерти, к тому, как люди относятся к ней. Наблюдений за умирающими людьми и теми, кто знает, они следующие. Людьми, теряющих близких и вынужденных смириться со смертью любимых.
Ведь фактически смерть больше затрагивает остающихся, чем уходящих; ибо знаем мы эту цитату или нет, но слова некоего остроумного мудреца сохраняют для нас и теперь свой полный внутренний смысл: пока мы есть, смерти нет, а когда есть смерть — нас нет; таким образом, между нами и смертью не возникает никаких конкретных связей, это такое явление, которое нас вообще не касается, и лишь отчасти касается мира и природы, почему все создания взирают на нее с большим спокойствием, хладнокровием, безответственностью и эгоистическим простодушием.
Но Гансу предстоит познать и жизнь, ее квинтэссенцию. Общество, собранное в ограниченном пространстве представляет причудливое смешение характеров. И не только. Это люди, воплощающие в себе Идею.
Ни одного сколько-нибудь связного суждения, ни одной отвлеченной мысли человек не выскажет без того, чтобы не выдать себя с головой, бессознательно не вложить в них свое «я», не передать символически лейтмотив и исконную проблему всей своей жизни.
Герои, окружающие Ганса, символичны, представляют разные идеи, философские и политические концепции. Двоюродный брат Иоханн – представитель военной доктрины и жесткой дисциплины. Даже к процедурам он относится с армейской выправкой, нарушая порядок лишь однажды, самовольно прервав лечение и уехав в армию. Писатель и масон Сеттембрини — либеральный гуманист. Это мечтатель, жаждущий осчастливить все человечество, поменяв мировой порядок.
Полная противоположность ему – иезуит Нафта. Он так же как и Сеттембрини радеет за процветание общества, но в противовес счастью индивидов. Нафта поддерживает сжигание ведьм, еретиков и всех, кто противостоит консервативным идеям. В романе есть и представитель русской культуры – загадочной славянской души – Клавдия, в которую Ганс влюбляется. Магнат Пепперкорн появляется в романе ненадолго, но и у него есть идея. Он представитель гедонизма: «наслаждение превыше всего».
В центре всех этих идей находится Ганс Касторп. Он, как губка, впитывает все что слышит, видит и читает. Но до конца не принимает чью-то сторону, хотя именно за него и идет борьба. За него и за читателя. Финал у романа символический. Касторп отправляется в окопы Первой Мировой войны и о его судьбе ничего не известно…
У Манна много размышлений о времени. Санаторий – не только уединенный и замкнутый мирок, но и время в нем течет по-другому. Повторяемость дней создает поразительный эффект застывшего времени. Герою часто кажется, что прошел день или неделя, но за пределами санатория пролетают месяцы и годы.
То, что мы определяем словами «скука», «время тянется», — это скорее болезненная краткость времени в результате однообразия; большие периоды времени при непрерывном однообразии съеживаются до вызывающих смертный ужас малых размеров: если один день как все, то и все как один; а при полном однообразии самая долгая жизнь ощущалась бы как совсем короткая и пролетала бы незаметно.
Время – иллюзия, его течение в формах причинности и последовательности – лишь восприятие наших органов чувств, особым образом построенных, истинное же бытие вещей – это неподвижное «теперь».
Неспешный ход жизни и ежедневные ритуалы настраивают на неторопливый образ жизни. Это даже не жизнь, а прозябание. Пусть в роскошной обстановке с излишествами и развлечениями, но пустоту не заполнить флиртом, мистицизмом, прогулками или научно-популярными лекциями. Это замкнутый мирок даже не замечет приближение мировой катастрофы.
В «Волшебной горе», как и в «Буддеброках», Томас Манн опять обращается к собственной жизни. Он, как и Ганс Касторп навещал родственника (жену Кати) в санатории Давоса, но не внял предостережениям врача и уехал после трехнедельного пребывания в «долину», забрав с собой наблюдения за жизнью «наверху». Первоначально замысел «Волшебной горы» был иным. Манн хотел написать сатирический роман о людях, упивающихся собственной болезнью, холящих ее, чтобы избежать испытания реальной жизни.
И не говорите мне, пожалуйста, об «одухотворении», которое будто бы может вызвать в человеке болезнь, – ради бога, не говорите!… Человек, ведущий жизнь больного, – только тело, в этом и состоит античеловеческая, унизительная особенность болезни… В большинстве случаев такое тело ничем не лучше трупа…
А получился эпический, философски-размеренный и символичный роман, подытоживающий жизнь европейского общества начала 20 века.
Заключение рецензии Волшебная гора
Познавательный и интересный роман, чтение которого может растянуться на месяц и больше. Эта объемная книга, рассчитанная на опытного читателя, склонного к философским размышлениям. Рекомендую, но не для всех. Оцените вначале свой читательский опыт, прежде чем штурмовать «волшебную гору».
